Первое, что торопится сделать любой народ-страдалец, едва очу-
хавшись от своих мук, -- это устроить кровавую гадость какому-
нибудь другому народу (не всегда тому самому, который устраивал
такую гадость ему).
Поэтому если дурацкая социальная роль не обязывает играть спек-
такль сочувствия жертвам войны, то нет смысла особо жалеть разма-
зывающих кровавые сопли по зарыданным физиономиям и выставляющих
трупики своих детей: эти же самые мученики при случае заставят
каких-то других мучеников пускать кровавые сопли и т. д. (а то и
уже заставляли чуть ранее, а теперь страдают от мщения). Если они
не поучаствуют в "зверствах" самолично, так хотя бы окажут
моральную и прочую поддержку тем, кто будут "зверствовать" за
них. Это проверено неоднократно. У большинства жертв никакого
устойчивого просветления от их страданий не случается, а случает-
ся лишь ответая "ярость благородная", хотя, может быть, и не
сразу. Поэтому чем дольше они промучаются, тем больше отдохнут
от ужасов их собственные будущие жертвы, только и всего.
Христос, вроде, пытался прервать эту бесконечную взаимную души-
ловку, но люди его в большинстве своём не поняли. А Христос не
понял, в свою очередь, что людей располагает к взаимному мучи-
тельству сама их природа и что отнимать у них возможность выса-
живать "око за око, зуб за зуб" значит лишать их того, что им
очень нужно ФИЗИОЛОГИЧЕСКИ и без чего они СТРАДАЮТ по внутриорга-
низменным причинам.
Особо жестоких народов, наверное, нет. Все народы при случае
"зверствуют". Если кто-то из них в текущий период "зверствует"
несколько меньше других, это имеет место не из-за слабости у него
соответствующих инстинктов, а лишь из-за того, что в текущий
период он худо-бедно умиротворяется социальной организацией, во
главе которой волей случая оказались люди из той немногочисленной
категории, которая в состоянии сдерживать себя, когда и хочется
ударить, и есть возможность сделать это якобы безнаказанно (на
самом деле хотя бы косвенно, но придётся за всё такое расплачи-
ваться, и указанная категория людей это понимает и учитывает).
И кстати, почему "зверства", если ими стабильно и широко зани-
маются ЛЮДИ? Человеческие инстинкты, располагающие к тому, чтобы
ненавидеть, мучить и убивать других -- это не рудименты и не
атавизмы, а нормальный, актуальный и -- в обществе дураков, упра-
вляемом полусумасшедшими, -- незаменимый компонент человеческой
природы, при ослаблении проявлений которого это общество будет
растерзано себе подобными обществами.
Тот, кто способен не бить, когда очень даже можно и очень даже
хочется, -- либо недоразвитый в части некоторых инстинктов, либо
сверхчеловек, существо с несколько другими, чем у большинства
людей, отношениями между интеллектом и эмоциональной сферой.
Ясное дело -- мутант. Сверхчеловеков мало, они погоды ни в одном
из современных обществ не делают. Зачастую им бывает даже опасно
проявлять свою специфическую природу, потому что для распаливших-
ся борцов за что-нибудь они -- враги.
Людей, способность которых к самосдерживанию обусловлена разви-
тием интеллекта и воли, надо отличать не только от тех, кто стра-
дают недоразвитием агрессивной сферы, но также от тех, кто на
"пацифизме" и "миротворчестве" что-то выгадывают: делают карьеру
на чужой крови и/или прячутся за чужие спины. Различать их сложно.
Различать, когда даже для успешно самосдерживающихся людей насту-
пает необходимость драться, причём если и нет к этому непосредствен-
ного принуждения, -- это тоже сложно. Вообще, человеческий мир
устроен просто только в глазах дураков.
На главную страницу
